Конец XVI начало XVII в, 35,8x30,4 Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

На этой иконе, написанной неизвестным мастером строгановской школы, изображены два события, описанные евангелистами (Мф 27- 57-61, Мк 15:46-47, Лк 23:53-56; Ин 19:38-42). В верхней ее части ученики Христа Иосиф Аримафейский и Никодим с помощниками снимают с креста мертвое тело Спасителя. Богоматерь принимает Сына.

В нижней показаны Иисус Христос во гробе, оплакиваемый Богоматерью, святыми женами, учениками и последователями. Совмещение двух связанных по времени событий на одной иконе обычно для строгановских мастеров Изображение Спасителя, лежащего во гробе и оплакиваемого близкими иконографически повторяет изображения, помещаемые на плащаницах.

Плащаницу во время службы в Великую Пятницу священнослужители поднимают с престола и выносят из алтаря на середину храма, где она находится в течение 3-х дней, напоминая о трехдневном пребывании Христа во гробе. Таким образом изображение на иконе вызывает непосредственные ассоциации со службой, совершающейся в храме.

Скорбное настроение, пронизывающее богослужение Великой Пятницы, свойственно и иконе, в колорите которой преобладают охры, словно померкший свет золота. Темный голгофский крест обведен красным контуром, напоминающим кровавый след.

Однако, здесь полностью отсутствует экзальтация. Жесты и позы при всей выразительности гармоничны и сдержанны, их ритмические повторы создают действие замедленное и торжественное, подобное церковной службе.

 Мастер Михаил, конец ХVI-начало XVII в, 35,6x29,8 Государственный Русский музей, Санкт-Петербург ( кульминационный момент евангельской истории -  Распятие Спасителя на кресте, описанное всеми (У V евангелистами, мастер Михаил, как это ему свойственно, передает со множеством подробностей и дополнительных эпизодов. Крест с распятым Христом вознесен на вершину Горы Голгофы. Поодаль от него по сторонам - два других креста, с привязанными к ним разбойниками.

Движения, ритмы устремлены к Кресту Спасителя: кавалькады всадников скачут вверх по склонам, мертвые встают из гробов устремляясь к нему, вверх, как пламя свечи, поднимается купол храма, в котором видна разорвавшаяся надвое завеса. Вверху - раскрылись небеса, и ангелы слетают ко кресту.

Другие в облаках оплакивают и кадят. Кровь, истекающую из раны Христа, принимает в чашу фигурка в короне - персонификация Нового Завета. К подножию креста прильнула Мария Магдалина. Этот образ - несомненно западного происхождения, также как и некоторые другие детали, не характерные для русской традиции - такие как упоминавшаяся персонификация Нового завета, крови, текущей из ран Спасителя, кавалькады всадников и др. Колорит сцены полон драматического напряжения: на темно-оливковом фоне тревожно вспыхивает красный, подобный цвету жертвенной крови Христа. Розовые отсветы на земле.

Яркими вспышками - белый. Колорит в целом напоминает колорит псковских икон "Сошествие во ад". Столь подробно разработанная иконография "Распятия" не встречается в русской иконописи ранее середины XVI в. и обязана своим возникновением атмосфере, сложившейся в кругах, близких московскому митрополиту Макарию и его художественной школе.

Мастер Михаил, конец ХУ1-начало XVII в., 35,8x30,2
Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Икона из праздничного чина "Вход в Иерусалим".

В ряду праздничных икон она следовала за "Воскрешением Лазаря". Это событие описано во всех четырех Евангелиях и рассказывает о торжественном вступлении Христа в Иерусалим, где ему предстояло принять мучения и победить смерть. Процессия во главе с Христом, восседающим на светлосером осле, как на престоле, движется от горы Елеонской к Иерусалиму. За ним шествуют его ученики. Апостолы размещены тремя четкими рядами один над другим, вплотную к Спасителю. Их взгляды следуют за взглядом учителя. Так передано их духовное родство и единение. Из ворот города двумя группами выходят навстречу Христу жители Иерусалима. "Многие же постилали одежды свои по дороге; а другие резали ветви с дерев и постилали по дороге. И предшествовавшие и сопровождавшие восклицали: Осанна! благословен Грядущий во имя Господне! благословенно грядущее во имя Господа царство отца нашего Давида! осанна в вышних!" (Мк 11:8-10).

Мастер Михаил, конец ХУ1-начало XVII в, 35,8x302 Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

В иконе "Воскрешение Лазаря" художник соединяет четыре эпизода, связанные с этим евангельским событием. Композиция развернута как бы в нескольких планах.

Кульминационная сцена -воскрешение Христом его умершего друга и последователя Лазаря - дана в большем масштабе, чем остальные, и помещена па переднем плане. Предшествующие ей события встречи Христа и его учеников сначала с Марфой, а затем с обеими сестрами -изображены среди уступов скал и в меньшем размере, что создает иллюзию удаленного пространства. Такой прием находит близкие аналогии в миниатюрах рукописей XVI в.

Мастер Михаил, конец ХУ1-начало XVII вв., 35,6x30 Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Икона посвящена одному из двунадесятых 1/1 праздников - Крещению Иисуса Христа,  празднуемому церковью 6/19 января. Этот праздник знаменует начало служения Христа во имя спасения человечества и первое явление его как Сына Божьего.
Иконография иконы в целом традиционна и следует образцам-сложившимся еще в ранней Византии. Христос стоит в водах Иордана, к нему склоняется Иоанн Предтеча. На другом берегу четыре ангела. Покровы на их руках указывают на обычай отирать новокрещенных по выходе из купели. Кроме того, их покровенные руки -знак глубочайшего благоговения. Это событие описано евангелистами (Лк 3:21-22, Ин 1:32, Мк 1:10): "Разверзлись небеса и дух, как голубь, сошел на Иоанна. И глас с небес: Ты сын мой возлюбленный, в котором мое благоволение" (Мк 1:10-11). В водах реки - рыбы и две фигурки - персонификации Моря и рею: Иордан, упоминаемые во время службы на праздник Богоявления. Их появление находит объяснение в псалме 113,3: "Море виде и побеже, Иордан возвратися вспять". Эти образы имеют давнюю традицию, восходящую к V в.

Мастер Михаил, конец ХУ1-начало XVII в., 35,8x30 Государственный Русский музей, Санкт Петербург

На маленькой плоскости иконы мастер Михаил  подробно воспроизводит основные события, IV X сопровождающие рождение Христа. Икона сияет чистыми светлыми красками, созвучными настроению службы, посвящаемой церковью этому событию.

"Сегодня Дева рождает Того, Кто вечен, и земля пещеру приносит Неприступному. Ангелы с пастырями славословят, волхвы со звездою путешествуют, ибо нас ради родился ребенок - предвечный Бог!" (Роман Сладкопевец).

О предопределенности явления Христа в мир напоминает на иконе изображение пророка Исайи, стоящего у изголовья ложа Марии рядом с пещерой, где лежит новорожденный младенец.

В его руках свиток, на котором написаны слова пророчества о будущем воплощении Бога и рождении Спасителя: "Си, Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил, что значит: с нами Бог".